Музыка

Виртуальный музей

2 МАРТА 1969 Г. ПАМЯТИ ГЕРОЕВ ДАМАНСКОГО...

3/06/2017 02:05:00 ДП Андрей К 0 Comments

27 февраля 2017 года, на базе Московского кадетского музыкального корпуса, прошла встреча с представителями Центрального пограничного музея ФСБ России. Она была посвящена самому трагичному событию из истории пограничный войск - События на о. Даманский 
Гордость и боль минувших, давно прошедших, мартовских, незабываемых дней 1969 года. События на о. Даманский всколыхнули всю страну. Прошло 48 лет, но в памяти неизгладимы впечатления тех событий.

За прошлые годы пришлось, и слышать, и читать о кровавой бойне на острове чистую правду, а ещё чаще – домыслы и небылицы. Как же всё это было? 
Не буду каким-то образом описывать события 2-го марта 1969 года, гибель заставы Нижне - Михайловка. 2-го марта мы были очень далеко от острова, а о событиях 15-го марта, участником которых был, постараюсь вспомнить подробнее. 
Часто случалось слышать, а почему именно 2-го марта 1969 года Китайская сторона нарушила границу СССР, что вылилось в кровавый и смертный бой? Были ли предпосылки проведения такой провокации? На мой взгляд, безусловно, были. 

Когда смотришь на экране телевизора х/ф «Граница – таёжный роман», несведущий может быть просто в недоумении: почему солдаты в общевойсковой форме находятся непосредственно на границе. А вот так-то оно и было. Войсковая часть, а точнее 199й мотострелковый полк (комполка - полковник Крупейников, замполит - подполковник Живцов М.С., нач. штаба - подполковник Степанов) базировался в нескольких десятках километров от г.Иман (ныне - Дальнереченск), рядышком с границей и его основной задачей было прикрытие государственной границы СССР. 

В составе полка был и 2-й мотострелковый батальон (командир - подполковник Смирнов А.И., замполит-майор Гатин З.Г., нач. штаба- капитан Лавров Ю.В., брат народного артиста СССР Кирилла Лаврова, нач. связи батальона - я, Павленко Анатолий Петрович). 

Каковы же были предпосылки китайской провокации на о.Даманский? 
Всё в настоящее время кажется простым. Дело в том, что наша часть в конце февраля 1969 года была поднята по тревоге: должны были быть проведены крупномасштабные учения и, соответственно части, поднятые по тревоге, медленно и уверенно уходили в глубь территории, Китайская разведка «сработала», заставы остались «один на один». И, если раньше всё обходилось выталкиванием, рукопашной дракой с китайскими нарушителями границы, то 2-го марта они чувствовали себя вольготно. 

Выполняя учебно-боевую задачу, поднятый по тревоге 2 МСБ вышел в «запасный район». Пробыли в «запасном районе» недолго. Получили приказ выдвинуться в район Тургеневского полигона. По просёлочным дорогам, бездорожью, только поздно вечером 2-го марта батальон вышел на территорию полигона. Командир батальона подполковник Смирнов А.И. отдал приказ накормить личный состав. Отправив радиотелефониста, обеспечивающего радиосвязь комбата, ефрейтора Дмитрия Гнеушева ужинать, я сам сел за радиостанцию. Не успел поудобнее сесть и надеть шлемофон, как услышал в эфире наш позывной. А позывной вызывающего корреспондента в переговорной таблице радиоданных отсутствовал. Нет такого корреспондента – не имеешь права и входить в связь. 

Доложил подполковнику Смирнову, спросил, что делать: отвечать или молчать? Ведь очень часто в работу на наших частотах вмешивались китайцы, ведшие антисоветскую пропаганду на русском языке. Комбат, подумав, сказал: «Ответить!». Ответил. Запросили: «Кто у аппарата?». Ответил. На вопрос, «Где командир?», ответил: «Рядом». - «Командира к аппарату». Передал комбату шлемофон. Короткий радиообмен. Отдав шлемофон, он сказал: «Передай всем циркулярно: Закончить приём пищи, по машинам, кругом, следуй за мной». Всем, находившимся в БТРе, сказал: «На границе ЧП. Идём на поддержку». 

Так и не отработав учебно-боевую задачу на Тургеневском полигоне, быстро свернувшись, колонна двинулась в обратном направлении. Выйдя на трассу, Владивосток-Хабаровск подполковник Смирнов повёл колонну на предельно возможной скорости, можно только
представить на какой скорости шла последняя машина! 
Замелькали населённые пункты. Вот и родное Филино. На артскладах стояли под погрузкой «Уралы». Не оправдались надежды: «Вот отменят приказ и мы вернёмся на территорию части». Вперёд, вперёд на помощь товарищам! 

Марш закончился 3-го марта прибытием в район заставы Нижне-Михайловка. На лицах встретивших нас пограничников были скорбь и печаль. Застава готовилась к похоронам погибших пограничников. 
Из рекогносцировки на местности: На острове насчитали 303 лёжки, разбросанные циновки, пустые бутылки из-под «Ханжи» (водки), побеленный под цвет снега телефонный аппарат и кабель. Провокация явно была спланирована заранее. Наверное, Китайские солдаты на остров вышли скрытно, ночью, и изрядно «подогревали» себя водкой.. 300 – против малочисленной заставы. 

Учитывая то, что китайская сторона заявляла, что «это только первый урок, а далее последуют следующие», такая же провокация ожидалась на острове Киркинский (севернее о.Даманский) в районе заставы «Кулебякины Сопки», подполковник Смирнов принял решение разделить наш «отряд поддержки» (так батальон назывался в последующем) на две части: часть в составе 4-й роты под командованием и.о командира роты лейтенанта Баютова Г., недавно прибывшего в полк после окончания военного училища, батарея 120-мм миномётов (командир- капитан Белых В.) и часть подразделения связи остаётся в районе заставы Нижне-Михайловка. Вторая половина в составе 5 роты (командир-капитан Яснёв), противотанковый взвод (командир-ст. лейтенант Селистраль С.) и часть связистов (со мной в том числе) капитан Лавров уводит в район заставы «Кулебякины Сопки». 

На заставе «Кулебякины Сопки» нас встретили очень радушно: как-никак, а подмога. На заставе облегчённо вздохнули. Начальник заставы – ст. лейтенант Бубенин В.Д. в это время отсутствовал. Он находился в госпитале после ранения 2-го марта. 
Несмотря на усталость, всё-таки измотанные 5-дневным маршем, приняли решение о проведении общего комсомольского собрания. Незабываемое было это собрание. Особенно мне запомнилась пламенная речь пограничникам Николая Пузырёва: «Стоять будем насмерть. Не отдадим китайским провокаторам ни пяди советской земли!». Таковым и было принятое решение комсомольского собрания. 

Утром 4-го марта на заставу прилетел вертолёт. Прибывший военачальник устроил огромный «разгром» за то, что на территории заставы, как на параде, поставили бронетранспортёры и автомобили. Конечно, прибывший был прав: с нашей стороны это была беспечность, а может быть наше русское «авось, ничего не случится». А со стороны КНР застава просматривалась отлично. Поступил приказ: «Немедленно покинуть заставу и занять оборону за отдалёнными от заставы сопками». Китайцы, наверное, были уверены, что застава нами покинута, а мы ушли в глубь территории. На самом деле мы скрытно простояли до 14 марта 1969 года. Шла боевая подготовка в полевых условиях. 

Поздно вечером 14 марта капитана Лаврова вызвали в район Нижне – Михайловки. Вернулся он глубокой ночью. Собрав офицерский состав, сказал: «В районе острова Даманский опять провокации со сторон китайцев. Идёт бой. Рота уходит в район Нижне – Михайловки. Связистам снять все проложенные линии связи и совместно с противотанковым взводом выдвинуться в район вышеуказанной заставы». Изрядно покружив по накатанным дорогам, которые не были указаны на картах, к середине дня, мы прибыли к месту дислокации батальона. Чем ближе мы приближались, тем громче была слышна стрельба. 

Возле радийной машины стояла группа офицеров. Нашу попытку доложить о прибытии подполковник Смирнов остановил рукой. Из подключённого к радиостанции динамика слышался треск автоматных очередей, хлопки отдельных выстрелов, а далее: «Три танка оставил в засаде, обхожу остров с юго-западной стороны». Это были последние слова начальника Иманского погранотряда полковника Леонова Д.И. (Беспримерный подвиг командира, отдавшего свою жизнь за Родину, останется навечно в наших сердцах. Личный пример и
ответственность при выполнении воинского долга, верность присяге – качества офицера, достойные подражания.) Полковник Леонов мог послать вместо себя любого офицера, но принял решение идти в бой самому. 

После нашего доклада о прибытии подполковник Смирнов, обращаясь ко мне, сказал: «Смотри, впереди, слева сопка «Кофыла». На ней КНП батареи. Связь с батареей неустойчивая. Езжай, проверь». 
На автомобиле ГАЗ-66 (водитель-рядовой Минеев П.), мы двинулись в сторону сопки. Оставив машину у подножия сопки, прихватив с собой запасную радиостанцию и аккумуляторы, мы поднялись к вершине. Отдав радиостанцию и аккумуляторы, перебросился парой слов с земляком, командиром взвода управления батареи, лейтенантом Сериковым А. Неожиданно он прервал наш разговор: «Смотри, наши пошли». Оглянувшись, я увидел колонну бронетранспортёров, двигающуюся в сторону острова. Кубарем скатились с сопки. Колонна уже миновала поворот к сопке, так что нам пришлось её догонять, а догнали уже на косе, которая располагалась напротив острова. 

На косе стояли бронетранспортёры пограничников и наши. Возле одного из БТРов стояла группа офицеров. Подойдя к ним, я доложил о выполнении задания. Ещё когда подходил к БТРам, то увидел сбитую антенну. Мой взгляд перехватил подполковник Яншин: «Да, не зря смотришь. На БТРах сбиты антенны. То ли осколки, то ли китайские снайперы охотились за антеннами, чтобы лишить радиосвязи и помешать управлению боем. Подумай, что можно сделать?». 

Решение пришло как-то сразу: пригнуть антенны к борту, а к антенным блокам дополнительно подключить куски порезанной лучевой антенны, намотав их на поручни машин. Решение оправдало себя. Расстояние между БТРами в бою незначительное, радиосвязь была устойчивой. Едва успев разобраться с антеннами, пришлось в полном смысле «вжаться» в землю. Сначала с китайской стороны ударили из миномётов по острову, затем перенесли огонь по берегу, ответила наша артиллерия. И началось: вой, свист пуль, шелест и разрывы пролетающих снарядов и мин. Яркое мартовское солнце скрылось за тучами дыма. Но нам повезло: почему-то китайцы косу не задели. Наверное, считали, что отряд поддержки укрылся за высоким берегом острова. 

После артиллерийской дуэли наступило относительное затишье. Подполковник Смирнов собрал весь офицерский состав, водителей бронетранспортёров и поставил задачу: «Прямо в лобовую атаку на остров не пойдём, обойдём остров с северной стороны, зайдём в протоку. В протоке разворачиваемся в линию боевых машин и заходим на остров». Подполковник Константинов А.Д. обратился к подполковнику Яншину: «Женя, останься, тебе и так досталось. Твою группу поведу я». Яншин более суток на ногах, с опалённым, покрытым пороховой гарью лицом, молча кивнул головой и в то же время обращаясь к водителям бронетранспортеров разъяснил им , как лучше выполнить боевую задачу. Напутственные слова сказал А Константинов. 
Майор Гатин ушёл в 4-ю роту к лейтенанту Баютову Г., отдав приказ водителю Минееву П. возвратиться на берег. С ним уехал и подполковник Станкевич Э.И., который во время артдуэли тоже был на косе. 
Выполнив манёвр и войдя в протоку, бронетранспортёры двинулись на остров, ведя огонь из автоматов и пулемётов. Китайцы оказали жестокий отпор. Из-за кустов по машинам ударили гранатомёты. Один БТР подбит. Погиб механик-водитель Саша Гельвих. Но отделение автоматчиков вместе с командиром взвода ст. лейтенантом Мельником П., десантировавшись, в пешем строю ведет прицельный огонь по китайским провокаторам. 

Середина острова. Подбит второй бронетранспортёр. Подполковник Смирнов, оценив обстановку дает команду спешиться, развернуться в цепь. Бронетранспортёрам поддерживать атаку огнём из пулемётов. 
Перед глазами через много лет восстанавливается картина боя: вот подполковник Константинов в распахнутом полушубке ведёт группу в атаку. Уже будучи в запасе, живя в г.Харькове, проезжая на работу мимо парка «Победы», где установлен щит с изображением комиссара, поднимающего в бой солдат, передо мной
всегда вставал образ А.Д.Константинова, мужественного, смелого человека, верного долгу и присяге сына Родины. 

Во время боя я не видел, чтобы кто-то струсил, смалодушничал. Личный пример офицеров сержантов, коммунистов воодушевлял солдат на подвиг. Это и.о командира роты Геннадий Баютов, командиры взводов ст. лейтенант Николай Мельник, лейтенант Александр Александров, мл. лейтенанты Пётр Моторный, Николай Храпов. Безупречно выполнил свой долг и сержантский состав. Умело командовали своими отделениями сержант Александр Нехорошев, незадолго перед боем подменивший командира взвода. Личным примером вёл своих подчинённых в атаку ст. сержант Шулбаев. Комсорг батальона сержант Саша Терещенко шел в первых рядах атакующих. Химик батальона сержант Гладков заменил раненного пулемётчика. 

Вёл прицельный огонь по китайским провокаторам. Сержанты санинструкторы Яшин и Рулин выносили с поля боя раненых и оказывали им помощь. Многие раненные оставались в строю. Рядовой Богданович, будучи раненным в правую руку (впоследствии её ампутировали), продолжал вести бой. Отличились в бою и связисты зам. ком. взвода ст.сержант Геннадий Липовка, радиотелеграфист Дмитрий Гнеуш, ефрейтор Алексей Егоров, мл. сержант Виктор Крымец. Умело действовали водители бронетранспортёров, механик-водитель комбата Сергей Ожередов чётко выполнял указания командира, вовремя выводя машину из-под обстрела, механики-водители Валерий Васильченко, Сержант Пастухов, ефрейтор Василий Солодовников не струсили, не дрогнули и с честью выполнили поставленную перед ними задачу. Приношу глубочайшее извинение за то, что не вспомнил всех поимённо. Вернее, помню очень и очень многих, и фамилию, и в лицо. Перечислить всех – это будет целая книга. Если бы мне сейчас задали вопрос, кто особо отличился? Я с уверенностью бы ответил: все участники боя. 
А бой продолжался. Он то затихал, то разгорался с большей силой. Китайская сторона явно не жалела своих солдат. Не успели отбить одну атаку, как через протоку между островом и КНР накатывалась следующая волна атакующих китайцев. Остров затянуло дымом и пороховой гарью. Но медленно и уверенно наши воины вытесняли китайцев с острова. 

Солнце скрылось за горизонтом. Казалось бой за остров идёт минуты, на самом деле – несколько часов. Вперёд, вперёд ценой своей жизни шли к победе. 
К подполковнику Смирнову подбежали ст. сержант Литовка и рядовой И.Кукушка и доложили: «Мы только что с самого заветного берега, китайцев на острове нет». Такие же доклады последовали от командиров рот и взводов. Остров был чист. От провокаторов, как говорят, не осталось и следа. А точнее осталось много следов в виде брошенного оружия, средств связи и прочего. Запросили берег, получили приказ подобрать убитых и раненных, уходить на берег. Оборону на острове не занимать. 

Казалось всё. Но когда начали отход – с китайского берега начался жестокий обстрел. Одна рота попала под минометный огонь. Подполковник Константинов поднял солдат, дав команду: «Отходите, прикрываясь огнём». Отходящих поддерживали пулеметным огнем БТРы. В этом бою, считаю (да и не только я, наверное), что мл. сержант В.Орехов, прикрывая пулемётным огнём отходивших товарищей и получив несколько, можно сказать, смертельных ранений, ценой своей жизни спас жизни своих товарищей. В. Орехову в конце мая 1969 года было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно). Он навечно занесен в списки 5 роты 2-го мотострелкового батальона 199 МСП. 

Мы отходили с острова. Китайцы с ещё большим ожесточением обстреливали нас со своего берега. Положение было весьма нехорошим. У нас кончались боеприпасы. Подполковник Смирнов попросил у берега огневой поддержки. Ответа не было. И только в этот момент у командира «дрогнули нервы», в эфир полетели слова отборной русской речи «Прошу огня….». 
Наконец-то на берегу приняли решение, и по китайскому берегу был нанесен огневой удар из реактивных установок «Град». Китайская территория полыхала огнём. И установилась, как говорят, «гробовая
тишина». 

Эвакуировав убитых и раненных, мы вышли на косу. Кстати об убитых и раненных. В некоторых СМИ необоснованно писалось, что, дескать, бросали раненых. Это не правда. Офицеры, сержанты, солдаты предпринимали всё, чтобы оказать первую медицинскую помощь раненым, вынести их в безопасное место.Сейчас перед глазами: отходим, а под кустом лежит раненый офицер Косинов. Незамедлительно подняли его на борт бронетранспортёра. Каждый участник боя наверняка знал, что его не оставят на произвол судьбы.Вышли на косу, помню, страшно хотелось курить, пересохло в горле, но усталости не чувствовалось, хотя всё тело было в напряжении. Покинув косу, благополучно вышли на берег и заняли оборону. Подбитые БТРы были эвакуированы с острова. 

Подбитый китайцами, наш танк Т-62 остался стоять прямо на протоке между островом и китайским берегом. Было предпринято несколько неудачных попыток вытащить его. Для этой цели было снаряжено несколько групп. Одну из таких групп возглавлял зампотех полка майор А.Фитисов. Из его рассказа стало известно, что попытка вытащить танк прошла неудачно. Погиб член группы мл. сержант А.Власов, который чуть-чуть не дотянулся до буксирного крюка, чтобы надеть тяжеленный буксирный трос. Китайские пули смертельно ранили смельчака. Рисковать жизнью солдат больше не пытались. 

Танк находился под постоянным обстрелом китайцев. А ночью, пользуясь тем, что с острова было снято боевое охранение, они сняли с танка некоторые приборы, являвшиеся в то время новинками боевой техники. Мы пытались танк подорвать, но безуспешно. Затем его просто расстреливали, в надежде, что в нём взорвутся боеприпасы. Но, увы, он только провалился под лёд почти по самую башню. Наверное, на танк просто махнули рукой. Потом читал, что его вытащили китайцы и установили в каком-то музее. 

А мы стояли в обороне. Остров лежал перед нами какой-то серый, невзрачный. Сначала на нём было наше боевое охранение, но потом его сняли. Если на остров пытались пройти китайцы, по ним сразу открывали минометный огонь, но кто-то посчитал, что это дорогое «удовольствие» и минометы заменили на пулеметы.Вернулись мы на место дислокации части поздней весной, когда с р.Уссури полностью сошел лед. Встречали нас, как победителей, но на душе было не очень радостно. Перед КПП части появились две братских могилы павших «воинов-верхнеудинцев». Так было выгравировано на двух плитах, которые, кстати, были изготовлены на Уссурийском паровозо- ремонтном заводе. Хорошо их помню, и был удивлён, когда в одной из местных газет увидел надгробия другого формата и не в том порядке занесенные на них фамилии и имена. По всей вероятности погибших перезахоронили, перенеся их в г.Дальнереченск, где был мемориальный комплекс. 

Далее, после возвращения, были приятно удивлены тем, что услышали голос диктора Левитана о том, что «В боях с врагом на острове Даманский … за мужество и храбрость наградить … » 
И в списке этом зазвучали 
живых и павших имена, 
И заблистали на мундирах 
медали, звёзды, ордена. 

Родина по достоинству оценила подвиг своих сыновей. 
И потекли солдатские будни. Герой Советского Союза Ю.Бабанский ездил по воинским частям, где рассказывал о героических подвигах советских воинов. Комсорг 5-й роты 2МСБ ефрейтор М,Воложанин, отличившийся в бою на о.Даманский, был избран делегатом на очередной съезд ВЛКСМ. На этом съезде прославленный полководец Маршал С.М.Будённый передал комсомолу, как эстафету, свою легендарную шашку. Принимал её ефрейтор М.Воложанин. 

Далёкое и близкое. Переосмысливая всё, можно сделать вывод: советские воины мужественно и стойко отстояли о.Даманский., выполнили свой священный долг по защите Отечества. А если бы отдали о.Даманский?.. Если дашь отрубить палец - отрубят и руку. И можно сказать прямо: советские солдаты предотвратили развитие дальнейших боевых действий между СССР и КНР. 

Но можно ли было отбить остров и без таких потерь? Наверное, можно. Имея на вооружении отличные боевые средства, незачем было посылать личный
состав на остров. Достаточно было перепахать его огнём артиллерии. Несогласованность в решениях с вышестоящим командованием, несвоевременное принятие мер - это предметный урок на будущее. Знаю, что остров передали Китайской стороне и называется он Чэньбаодао. И якобы на острове музей боевой славы НОАК. Спрашивается: какой славы? Бегства китайских солдат? Да, территория острова находится рядышком с китайским берегом. Но можно ли простить клику Мао-Цзэ-дуна, устроившего кровавую бойню, ведь политики и есть политики, и им надо было бы решать вопрос о передаче острова КНР мирным путём. Погибшие китайские солдаты стали просто заложниками политики Мао. 

Подвиг советских солдат на острове Даманский, как и подвиги во время ВОВ останутся навечно в памяти народной и её не сотрут никакие границы.

Фотографии тех трагических дней по ссылке

0 коммент.: